Жены-мироносицы.jpg
   Второе воскресенье после Пасхи всегда посвящено в Церкви женам-мироносицам, т. е. женщинам, пришедшим, по рассказу Евангелия, рано утром ко гробу Христа приготовить тело Его для погребения и ставшим первыми свидетельницами Воскресения. Господь встретил их, они раньше всех услышали Его приветствие: Радуйтесь, и они же были посланы Им известить апостолов о Его восстании из мертвых. И вот, вспоминая жен-мироносиц, Церковь призывает нас вглядеться в образ женщины, раскрываемый Евангелием.
  Прежде всего, читая Евангелие, нельзя не заметить, что женщина является там лишь в самом начале и в самом конце. В начале — это Мария, Мать Иисуса, родившая Его в пещере, затем принесшая в храм для посвящения Богу и услышавшая странные слова старца Симеона: …И Тебе Самой оружие пройдет душу, — да откроются помышления многих сердец (Лк. 2:35). Потом Мария как бы исчезает, однако мы все время чувствуем, что Она рядом, хотя и без слов, молча. Одно исключение — удивительный рассказ о том, как на браке в Кане Галилейской, когда не хватило вина, Мария обратилась к Сыну и Тот совершил первое Свое чудо — претворил воду в вино, дабы не омрачилась радость праздника.

  А после — снова молчание. Христос проповедует, наставляет учеников, помогает страждущим, творит чудеса, и только потом мы узнаем, что все это время за Ним следовали и женщины, которые, по слову Евангелия, служили Ему. Можно думать, что и одежда Его, о которой римские солдаты бросали жребий у креста, была делом любви и молчаливой заботы этих женщин.

   И наконец крест. Все оставили, предали Господа. Не только толпы, следовавшие за Ним в ожидании чудес, но и ближайшие, самые любимые ученики. И наступает час женщин. У креста стоит Мать, но не Она одна. По евангелисту Матфею, там были также и смотрели издали женщины, следовавшие за Иисусом из Галилеи, служа Ему; между ними были Мария Магдалина и Мария, мать Иакова и Иосии, и мать сынов Зеведеевых (Мф. 27:55-56). И когда наступает смерть, они помогают снять Тело с креста и полагают Его в пещерной гробнице. А потом приходят рано утром, чтобы приготовить, омыть и похоронить его. И именно им дано первым услышать победное: Радуйтесь!

Что все это значит, на что указывает?

   Первое, что Евангелие навеки закрепило в женском образе, — это любовь: любовь-забота, любовь-сострадание, любовь-служение, любовь-самоотдача, ничего не требующая взамен. Ученики Христа спорят, кто из них больше, сомневаются, робеют. А про женщин — всего два слова — следовали, служа. Любовь — дело, любовь без сомнений и громких слов, это вечное материнство женщины и вечный ее удел — выкормить, вырастить, отдать себя целиком и в конце концов потерять того, ради кого жила, ибо возмужавшие дети уходят от матерей, чтобы начать, как мы говорим, «самостоятельную жизнь». И вот Евангелие являет нам всю красоту, всю глубину этой жертвенной любви, неизменной и в радости, и в горе, и в смерти.

 Второе — это верность. Ученики бежали, женщины остались. В страшный час страдания — молчаливое сострадание и верность до конца. Женщины многого не слышали из проповеди Христа. Евангелист прямо утверждает, что они не знали о воскресении, которое наступит за смертью, и потому у них не могло быть никаких надежд, никаких расчетов. Тот, Кого они любили, за Кем последовали, Кому отдали себя и свою любовь, умер на кресте, и, рассуждая по-человечески, все для них рухнуло, не осталось ничего, кроме окровавленного, истерзанного Тела. Но осталась верность. И как просто, но одновременно — с какой полнотой показана нам эта верность без расчета, верность до конца в Евангелии!

   И, наконец, третье — вера и радость. И опять — вера не рассуждающая, но вера сердца, которой так богата женщина. Вот апостол Фома усомнился: «Не увижу — не поверю». А про женщин сказано так: И се, Иисус встретил их и сказал: радуйтесь! И они, приступив, ухватились за ноги Его и поклонились Ему (Мф. 28:9).

   И вот этот евангельский образ женщины сохранился и сияет нам поныне своей простой и одновременно небесной красотой. Грохотала человеческая история, рождались и падали царства, бушевали войны, но над этой кровавой, трагической историей неизменно возвышался и светил образ женщины — образ любви, жертвенного сострадания и верности. И не будь этого образа, этого света, поистине страшным был бы наш мир. И если, несмотря на все царящее в нем зло, не прекращается тайный праздник жизни, если и в бедной комнате справляется он так же радостно, как во дворце, то радость эта в ней, в женщине, в никогда не иссякающей ее любви.

Пусть вина не хватило. Но пока она тут — мать, жена, невеста, — хватит вина, хватит любви, хватит радости на всех!

Христос воскресе!

Протопресвитер Александр Шмеман
14 января
Обрезание Господне. Свт. Василия Великого, архиеп. Кессарии Каппадокийской. Свт. Афанасия Полтавского,…
13 января
Отдание праздника Рождества Христова. Правв. Иосифа Обручника, Давида царя и Иакова, брата Господня. Прп. Мелании…
12 января
Суббота по Рождестве Христовом. Г Мц. Анисии (285-305). Сщмч. Зотика пресвитера, сиропитателя (IV). Свт.…
11 декабря
Мучеников 14000 младенцев, от Ирода в Вифлееме избиенных (I). Прп. Маркелла, игумена обители…